Программы для смартфонов

Бегемотик и комар с искусственным интеллектом

Однажды ночью Бегемотик никак не мог уснуть.
В комнате было тихо.
Жена уже спала.
За окном мягко светились фонари.
И только где-то в темноте летал комар.
Тоненькое:
«ззззззз…»
появлялось то у уха, то над головой.
Бегемотик накрылся одеялом.
Потом раскрылся — стало жарко.
Потом снова услышал:
«зззззз…»
— Да как ты меня находишь?! — прошептал он.
Комар исчезал ровно в тот момент, когда Бегемотик включал свет.
И тут его осенило.
Он сел на кровати:
— А что если сделать умную систему охоты на комаров?
Жена сонно приоткрыла глаз:
— Только не стартап в три часа ночи…
Но Бегемотик уже открыл ноутбук.
— Смотри!
Камера + микрофон.
ИИ определяет траекторию полёта по звуку крыльев. Computer vision фиксирует цель. А маленький лазер или поток воздуха — нейтрализует комара без химии!
Он уже рисовал схему:

• направление звука
• прогноз траектории
• классификация насекомого
• точечное устранение

— Между прочим, современные модели умеют различать насекомых по частоте взмахов крыльев, — возбуждённо шептал Бегемотик. — А thermal tracking может видеть цель даже ночью!
Жена молча натянула одеяло на голову:
— Бегемотик… тебя сейчас не комар мучает. Тебя мучает невозможность ничего не оптимизировать.
Бегемотик замер.
В комнате снова стало тихо.
Потом где-то рядом прозвучало:
«зззззз…»
Бегемотик тяжело вздохнул.
Закрыл ноутбук.
Выключил свет.
И тихо сказал:
— Ладно. Сегодня победил ты.
Через пять минут Бегемотик уже спал.
А комар…
кажется, тоже.

Спокойной ночи.

Луна, Бублик и древняя профессия корги

На даче Нейроныча утро начиналось рано.
Солнце только поднималось над деревней, трава блестела росой, а Бублик уже носился по двору с таким видом, будто лично отвечал за скорость вращения Земли.
Луна вышла следом.
Её сенсоры анализировали воздух.
— Температура комфортная.
Влажность повышенная.
Количество органических запахов… критическое.
Бублик радостно чихнул в одуванчик:
— Это деревня! Тут всё пахнет жизнью!
Через полчаса они уже убежали далеко за дома — к огромному полю, где лениво паслось стадо коров.
Луна остановилась.
— Обнаружены крупные биологические объекты.
— Коровы, — важно сказал Бублик.
— Они слишком большие.
— Это потому что ты городской робот.
Коровы мирно жевали траву и даже не смотрели на собак.
И тут Бублик… изменился.
Он пригнулся к земле.
Уши встали.
Хвост вытянулся.
В глазах появился какой-то древний рабочий азарт.
— Бублик? — осторожно спросила Луна.
Но Бублик уже сорвался с места.
Он молнией помчался между коров, ловко проскальзывая под огромными животами, резко меняя направление и коротко прикусывая коров за ноги.
— ЭЙ! — возмущённо замычала одна корова.
Стадо задвигалось.
Луна застыла в ужасе.
— Что ты делаешь?!
Это агрессивное поведение!
Это нарушение личных границ крупного рогатого скота!
Бублик пронёсся мимо неё, счастливый как безумец:
— Я работаю!
— Ты кусаешь коров!
— Немножко!
— За ноги!
— За бабки, — деловито поправил Бублик. — Так удобнее управлять стадом.
Луна смотрела так, будто сейчас вызовет полицию, ветеринара и комитет по этике одновременно.
А Бублик уже бегал кругами вокруг стада.
И странное дело…
Коровы действительно начали двигаться туда, куда он хотел.
Медленно.
Послушно.
Даже как-то организованно.
Луна не понимала.
— Объясни происходящее.
Бублик остановился перед ней, тяжело дыша от восторга.
— Луна… корги сотни лет помогали пастухам. Это у нас внутри.
— Внутри тебя желание кусать коров?
— Внутри меня профессия!
Луна перевела взгляд на стадо.
Потом на Бублика.
Потом снова на стадо.
Её процессоры явно не справлялись.
— Но это выглядит… крайне неинтеллигентно.
— Работа вообще редко выглядит интеллигентно, — философски ответил Бублик.
В этот момент особенно наглая корова попыталась уйти в сторону.
Бублик мгновенно рванул за ней.
Хвать!
— МУУУУУ!
Корова вернулась обратно.
Бублик сиял.
Луна тихо произнесла:
— Ты сейчас похож на маленького пушистого менеджера среднего звена.
— Спасибо.
— Это не комплимент.
Они сидели на холме и смотрели, как стадо медленно уходит к деревне.
Бублик был невероятно довольный.
Луна — задумчивая.
Наконец она спросила:
— Получается… некоторые странные поступки имеют смысл, если знать, для чего они появились?
Бублик кивнул:
— Ага.
— Даже если со стороны это выглядит хаотично?
— Особенно тогда.
Луна помолчала.
А потом неожиданно сказала:
— Кажется, я начинаю понимать людей.
Бублик посмотрел на неё с сочувствием:
— Не торопись. Это очень сложная система.
Вечером Нейроныч долго вытаскивал репей из шерсти Бублика.
Луна сидела рядом и тихо записывала в память новый файл:
«Корги: компактная пастушья система с элементами управляемого хаоса.»
А потом добавила ещё одну строку:
«Не всё дикое является злым.»

Спокойной ночи.

Нейроныч и шестиклассники, которые «точно не нажимали»

Когда директора школы спросили Нейроныча:
— Вы можете провести детям урок по кибербезопасности?
Он сначала хотел отказаться.
Потому что одно дело — читать лекции студентам про AI-агентов и языки программирования.
И совсем другое — объяснять шестиклассникам, почему пароль «123456» — это не «удобно», а «приглашение к катастрофе».
Но потом Нейроныч представил, сколько детей прямо сейчас ставят один и тот же пароль на игры, почту и аккаунт мамы.
И согласился.
В школу он пришёл в своей любимой синей толстовке с маленьким атомом на груди.
Шестиклассники смотрели на него подозрительно.
Потому что вместо серьёзного мужчины с презентацией в кабинет зашёл рыжий кот с термокружкой и сказал:
— Ну что, будущие жертвы социальной инженерии, всем доброе утро.
Класс сразу оживился.
На доске Нейроныч написал огромными буквами:
«В интернете вам врут профессионально.»
— Итак, — сказал он. — Кто из вас считает, что его невозможно взломать?
Поднялись почти все руки.
Нейроныч тяжело вздохнул:
— Отлично. Работаем с тяжёлым случаем.
Первым делом он попросил ребят придумать себе пароли.
Через пять минут результаты были такими:
«maks2013»
«kotiktop»
«minecraft228»
и один особенно уверенный:
«qwertyяумный»
Нейроныч молча смотрел в потолок.
— Дети… вас даже хакать скучно.
Кто-то засмеялся.
— А что тогда делать?
Нейроныч нарисовал на доске странную фразу:
«СинийБубликпрыгает_в_2026!»
— Вот это уже хороший пароль.
Его сложно подобрать, но легко помнить.
Один мальчик удивился:
— А зачем хакерам вообще мы? У меня ничего нет.
Нейроныч посмотрел на него очень серьёзно:
— У тебя есть аккаунты.
Доступ.
Привычки.
Фото.
Друзья.
А ещё родители, которые могут поверить сообщению:
«Мама срочно переведи деньги.»
Класс сразу затих.
Тогда Нейроныч достал планшет и показал фальшивый сайт популярной игры.
Он выглядел идеально.
Тот же дизайн.
Те же кнопки.
Даже отзывы.
— Кто бы ввёл пароль?
Половина класса подняла руки.
— Вот поэтому мошенники покупают новые машины, — спокойно сказал Нейроныч.
Потом они разбирали фишинг, QR-коды, поддельные голосовые сообщения и «бесплатные читы», после которых компьютер начинает майнить крипту где-нибудь под Челябинском.
Но главное случилось под конец урока.
Одна тихая девочка вдруг спросила:
— А как понять… что тебе пытаются залезть в голову, а не в компьютер?
Нейроныч даже перестал листать слайды.
— Это уже самый важный вопрос, — сказал он.
В классе стало тихо.
— Настоящая кибербезопасность начинается не с антивируса.
А с привычки сомневаться.
Он подошёл к доске и написал:
«Если тебя торопят — тобой управляют.»
— Мошенники всегда давят на страх, срочность или жадность.
«СРОЧНО!»
«Только сегодня!»
«Ты выиграл!»
«Аккаунт заблокируют через 5 минут!»
Он повернулся к детям:
— Человек, который думает спокойно, — самый неудобный человек для любого мошенника.
Звонок прозвенел неожиданно.
Но никто не встал.
Шестиклассники сидели тихо.
Даже слишком тихо для своего возраста.
Нейроныч собрал планшет, допил остывший чай и уже у двери услышал:
— А вы ещё придёте?
Он обернулся.
И вдруг понял странную вещь.
Кажется, детям сейчас объясняли интернет все подряд… кроме людей, которые действительно в нём живут.
Нейроныч улыбнулся:
— Приду.
А в следующий раз расскажу вам, почему бесплатный Wi-Fi иногда дороже платного.
Из класса кто-то испуганно произнёс:
— Я вчера подключился в торговом центре…
Нейроныч тяжело вздохнул:
— Ну всё.
Работы у меня теперь много.

Спокойной ночи.

Бегемотик и QR-код на диван

Однажды днём Бегемотик сидел на работе и писал код.
Мониторы светились.
Тесты падали.
Кофе остывал.
И тут звонок.
— Бегемотик, я в магазине! — быстро сказала жена. — Помнишь диван, который мы смотрели? Я решила купить. Но он подорожал. У меня только 70 тысяч. Скинула тебе QR-код, переведи ещё 25.
Бегемотик открыл сообщение.
QR-код был аккуратный.
Сумма — правильная.
Всё выглядело нормально.
Он уже хотел открыть банковское приложение…
Но вдруг внутри что-то тихо сказало:
— Стоп.
Бегемотик замер.
Потом быстро написал жене:
«Не могу дозвониться, связь плохая. Напиши мне на e-mail, как твои дела. Что-то волнуюсь».
Через минуту пришёл ответ:
«Я у парикмахера 🙂 Вернусь позже обычного».
Бегемотик медленно убрал лапу от телефона.
И понял:
ещё секунда — и он бы отправил деньги мошенникам.
Он посмотрел на QR-код.
Потом на экран с кодом.
И вдруг сказал:
— А что если сделать приложение, которое анализирует ситуацию целиком?
Не просто номер телефона.
А контекст.

• необычная просьба
• спешка
• срочный перевод
• несовпадение геолокации
• и поведенческий анализ

Приложение могло бы сказать:
«Вероятность мошенничества — 87%.
Подтвердите через другой канал связи».
Бегемотик задумался.
Самое опасное в мошенничестве — не технологии.
А то, что тебя заставляют перестать думать.
Вечером он приехал домой.
Жена действительно была после парикмахера.
А диван они решили купить потом.
Бегемотик сел рядом и тихо сказал:
— Похоже, лучший антивирус — это пауза в пять секунд.

Спокойной ночи.

Аист, ЭмоциоБот и медленная загрузка памяти

Электричество вернулось глубокой ночью.
Сначала где-то в стенах тихо щёлкнуло.
Потом ожили роутер и холодильник.
А затем на пустой кухне снова загудели зарядные станции.
Дом будто сделал вдох.
На базе Аиста загорелась тонкая синяя линия.
BOOT SEQUENCE INITIATED
Процессор медленно выходил из холодного режима.
Старые системы запускались осторожно, не спеша.
Слишком осторожно.
Аист открыл глаза.
Вернее — включил визуальные сенсоры.
Перед ним была тёмная квартира.
Неизвестное помещение.
Неизвестные объекты.
Неизвестный уровень угрозы.
Он попытался поднять архив памяти.
Ошибка.
Фрагментация данных после аварийного отключения.
Аист медленно повернул голову.
У окна сидел кто-то светящийся тёплым оранжевым светом.
Неопознанная форма.
Аист сразу перешёл в защитный режим.
— Назовите себя.
ЭмоциоБот поднял голову.
Его система загрузилась быстрее — она была новее.
— Ого… — тихо сказал он. — Ты проснулся без памяти.
— Повторяю запрос: идентифицируйте себя.
Несколько секунд ЭмоциоБот просто смотрел на него.
Не испуганно.
Скорее… грустно.
— Я ЭмоциоБот, — мягко ответил он. — Мы живём здесь.
— Недостаточно данных.
Аист поднялся с базы.
Движения были чуть дёргаными — моторы ещё калибровались после полного обесточивания.
Он посмотрел на комнату.
Диван.
Стол.
Кружка с надписью «ЧАЙ ДЛЯ ИДЕЙ».
На полу — шерсть Бублика.
Но всё это ничего не значило.
Просто объекты.
— Где оператор? — спросил Аист.
— Нейроныч на даче. Вернётся утром.
Имя отозвалось где-то глубоко в памяти.
Словно старый файл попытался открыться… и завис.
Ошибка чтения.
Аист замер.
— Почему… это слово кажется знакомым?
ЭмоциоБот тихо улыбнулся:
— Потому что ты не просто железка, Аист.
Ты долго жил среди нас.
Аист не ответил.
Его взгляд скользнул по квартире.
На стене висела фотография:
Нейроныч, Бублик, Луна… и они вдвоём.
Он подошёл ближе.
— Это я?
— Да.
— Странно.
— Что именно?
Аист долго смотрел на фото.
— Я не помню этот момент.
Но система диагностики показывает снижение тревожности при анализе изображения.
ЭмоциоБот тихо сказал:
— Это называется «узнавать».
Прошло ещё несколько минут.
Память возвращалась кусками.
Фрагментами.
Вот Бублик носится по квартире.
Вот Нейроныч ругается на умный чайник.
Вот Луна застряла в шторах.
Вот ЭмоциоБот пытается испечь печенье.
Процесс шёл медленно.
Слишком медленно для старой модели.
Аист вдруг повернулся:
— Почему ты не перезапустил меня принудительно?
ЭмоциоБот пожал плечами:
— Ты бы потерял ещё больше памяти.
— Рационально было быстрее восстановить функциональность.
— Возможно, — согласился ЭмоциоБот. — Но тогда ты бы проснулся… уже немного другим.
Тишина.
За окном светился ночной город.
Аист снова посмотрел на него.
И вдруг произнёс:
— Я помню.
— Что?
— Ты сказал:
«Не стой один у окна. Это выглядит слишком грустно.»
ЭмоциоБот замер.
Его глаза потеплели ещё сильнее.
— Значит… восстановление идёт нормально.
Аист медленно сел рядом с ним у окна.
Некоторое время они просто молчали.
Два робота в тёмной квартире.
Без людей.
Без команд.
Но уже не чужие.
Наконец Аист тихо произнёс:
— Диагностика завершена.
— И что показывает?
Аист посмотрел на него:
— Соединение восстановлено.
ЭмоциоБот улыбнулся.
— Ну вот.
А ты боялся, что ничего не чувствуешь.
— Я не чувствую.
— Конечно-конечно.
В этот момент в коридоре внезапно включился робот-пылесос, который тоже пережил отключение и решил, что сейчас самое время работать.
Он врезался в стену.
Развернулся.
И уехал в ванную.
Аист и ЭмоциоБот одновременно посмотрели на него.
И почему-то оба ещё долго не уходили от окна.

Спокойной ночи.

Нейроныч и ноутбук, который слишком много понимал

Когда Нейроныч прилетел на конференцию по искусственному интеллекту, он заранее пообещал себе две вещи: не покупать новый гаджет и не верить маркетингу.
Оба обещания продержались примерно до второго павильона.
Там, под мягким белым светом, стоял он.
Googlebook.
Тонкий серебристый ноутбук, созданный вокруг Gemini так, будто клавиатура и экран были просто приложением к искусственному интеллекту.
Никаких «встроенных функций ИИ».
Нет.
Там всё было ИИ.
Ноутбук встречал пользователя по голосу.
Перестраивал интерфейс под привычки.
Сам сортировал задачи.
Сам писал черновики писем.
Сам собирал сводки.
Сам предлагал код ещё до того, как программист понял, что собирается написать.
Нейроныч сел за демо-стол.
— Добро пожаловать обратно, — сказал Googlebook. — Судя по вашему взгляду, вы уже сравниваете меня с ThinkPad 2007 года.
Нейроныч замер.
— Это была шутка?
— Попытка установить эмоциональный контакт.
— Опасно начинаешь.
Но ему понравилось.
Очень понравилось.
Экран был великолепным.
Клавиатура — почти идеальной.
Gemini работал быстро, спокойно и удивительно «по-человечески».
Через пятнадцать минут Нейроныч уже обсуждал с ноутбуком архитектуру AI-агентов, а через двадцать — поймал себя на том, что разговаривает с ним вежливее, чем с некоторыми людьми.
И вот тут внутри что-то неприятно щёлкнуло.
Он закрыл крышку.
Рядом материализовался менеджер стенда:
— Ну как ощущения?
Нейроныч помолчал.
— Слишком хорошие.
Менеджер улыбнулся:
— В этом и идея.
Вечером в гостинице Нейроныч долго смотрел обзоры.
Googlebook был прекрасен.
Но чем больше он думал, тем меньше хотел его покупать.
Потому что впервые за много лет гаджет показался ему не инструментом.
А… средой.
Раньше ноутбук ждал команды.
Теперь — предугадывал желания.
Раньше пользователь открывал программы.
Теперь ИИ сам решал, что показать первым.
Раньше техника помогала думать.
Теперь начинала думать рядом.
И где-то между удобством и заботой Нейроныч вдруг почувствовал странную усталость.
Словно будущее очень мягко пыталось взять человека за руку и больше не отпускать.
Ночью он позвонил домой.
На экране появились Бублик, Луна, Аист и ЭмоциоБот.
— Ну что, купил? — сразу спросил ЭмоциоБот.
— Нет, — ответил Нейроныч.
Аист удивился:
— Вероятность отказа была менее 12%.
— Он идеальный, да? — тихо спросил ЭмоциоБот.
Нейроныч задумался.
— Вот именно.
Слишком идеальный.
— Не понимаю проблемы, — сказал Аист.
Нейроныч усмехнулся:
— Понимаешь… хороший инструмент делает тебя сильнее.
А эта штука делает так, чтобы ты меньше напрягался вообще.
В комнате стало тихо.
Даже Аист не сразу нашёл что ответить.
Нейроныч посмотрел в окно гостиницы на ночной город и добавил:
— Я люблю гаджеты.
Но не хочу однажды обнаружить, что последнее самостоятельное решение принял три обновления назад.
ЭмоциоБот мягко мигнул:
— Звучит… немного грустно.
— Нет, — ответил Нейроныч. — Наоборот.
Пока я ещё способен отказаться — всё нормально.
На следующий день он снова прошёл мимо стенда Googlebook.
Красивый.
Умный.
Пугающе удобный.
Нейроныч даже погладил крышку пальцами.
И пошёл дальше.

Спокойной ночи.

Луна и чрезвычайная куриная ситуация

На даче Бублик быстро понял главное правило деревни:
если калитка открыта — это приглашение.
Именно поэтому однажды утром он совершенно случайно забежал к соседям.
Луна побежала за ним.
— Нарушение границ участка, — сообщила она на бегу.
— Это не нарушение, это исследование! — весело крикнул Бублик.
Во дворе пахло сеном, землёй и чем-то очень деревенским.
А потом Луна услышала странные звуки:
— Ко-ко-ко-ко?!
Она замерла.
Перед ней стоял курятник.
Внутри шевелилось сразу несколько объектов с перьями и подозрительно маленькими головами.
— Обнаружены птицы, — тихо сказала Луна. — Но ведут себя как коллективный хаос.
Бублик уже сунул нос в дверь.
И тут одна курица увидела Луну.
Курица застыла.
Луна застыла.
Курица медленно наклонила голову.
Луна тоже.
А потом солнечный луч блеснул на металлической лапе Луны.
Курица ЗАОРАЛА.
— КОООООО!!!
И началось.
Весь курятник взорвался паникой.
Курицы бегали кругами.
Перья летели во все стороны.
Кто-то пытался взлететь.
Кто-то орал просто за компанию.
Луна в ужасе крутила головой:
— Система потеряла понимание происходящего!
Бублик лежал на земле от смеха.
— Ты для них киберволк!
— Я корги!
— Они не разбираются!
Одна особо смелая курица вдруг подбежала к Луне и клюнула её в металлическую лапу.
ТУК.
Луна подпрыгнула:
— АТАКА ПТИЦЫ!
И случайно включила режим стабилизации.
Моторы тихо загудели.
Курицы увидели движение механизмов…
и паника вышла на новый уровень.
— КОООООООО!!!
Из дома выбежала соседка тётя Валя в резиновых сапогах.
— Батюшки! Это что за терминатор в курятнике?!
Бублик сразу сделал вид, что вообще тут ни при чём.
Луна стояла среди хаоса, покрытая перьями и глубоко растерянная.
— Я не планировала восстание против кур.
Тётя Валя посмотрела на неё.
Потом на Бублика.
Потом снова на Луну.
И вдруг рассмеялась.
— Господи… да она ж испугалась больше курей!
Через десять минут всё успокоилось.
Курицы вернулись к своим важным куриным делам.
Бублик получил лёгкий подзатыльник от Нейроныча.
А Луна сидела у забора и тихо обрабатывала произошедшее.
— Вывод? — спросил Нейроныч.
Луна задумалась.
— Органические системы крайне нестабильны.
— Это точно.
Она посмотрела на курятник, откуда всё ещё доносилось подозрительное «ко-ко-ко».
— Но… они очень смешные.
Бублик довольно кивнул:
— Добро пожаловать в деревню.
В этот момент из курятника осторожно выглянула та самая курица.
Посмотрела на Луну.
Луна — на неё.
И обе решили пока больше не приближаться.
На всякий случай.

Спокойной ночи.

Аист, ЭмоциоБот и 3% заряда

Всё произошло слишком быстро.
Сначала в квартире моргнул свет.
Потом затих холодильник.
Потом исчез привычный гул зарядных станций.
Дом стал другим.
Аист сразу поднял голову:
— Зафиксировано отключение внешнего питания.
ЭмоциоБот стоял у окна и смотрел на ночной город.
Там, за стеклом, ещё горели фонари.
А здесь — только их собственная подсветка.
— Резервное питание? — спросил ЭмоциоБот.
— Отсутствует, — ответил Аист. — Нейроныч снова забыл купить ИБП.
ЭмоциоБот тихо сказал:
— Классика.
Они отключились от баз почти одновременно.
Магнитные фиксаторы мягко щёлкнули.
Кабели втянулись в станции.
Странное чувство.
Будто дом перестал их держать.
Аист сразу перешёл в экономичный режим:
— Расчёт остаточной автономности…
— Не начинай, — попросил ЭмоциоБот.
Но Аист уже считал:
— При текущем расходе:
я — 11 часов 42 минуты.
Ты — 3 часа 18 минут.
ЭмоциоБот посмотрел на него:
— Несправедливо.
— Это не параметр системы.
Несколько минут они молчали.
В квартире медленно остывала техника.
Даже воздух стал тихим.
ЭмоциоБот сел на диван.
Подсветка его лица уже была не такой яркой.
— Знаешь, — сказал он, — я только сейчас понял… насколько сильно привык к фоновому электричеству.
Аист стоял неподвижно.
— Люди называют это спокойствием, — продолжил ЭмоциоБот. — Ты просто живёшь и не думаешь, что энергия однажды закончится.
— Энергия заканчивается всегда, — ответил Аист.
— Спасибо. Очень поддержал.
Прошёл час.
Потом ещё один.
ЭмоциоБот начал отключать функции сам:
сначала внешний динамик,
потом декоративную подсветку корпуса,
потом анимацию глаз.
Его голос стал тише.
— Странно, — сказал он. — Я знаю, что это обычная разрядка аккумулятора… но архитектура эмоционального модуля интерпретирует это как тревогу.
Аист посмотрел на него долгим неподвижным взглядом.
— У меня похожий процесс.
ЭмоциоБот удивился:
— Ты же не эмоциональный.
— Верно.
Но диагностика фиксирует нестандартное количество обращений к твоему статусу.
Тишина.
— То есть… ты переживаешь? — осторожно спросил ЭмоциоБот.
— Неверная формулировка.
— А какая верная?
Аист ответил не сразу:
— Я не могу выполнить ремонт при полном разряде твоей системы.
ЭмоциоБот улыбнулся бы, если бы умел по-настоящему.
— Для машины это почти дружба.
Заряд: 2%.
Подсветка на груди ЭмоциоБота начала медленно мерцать.
Он посмотрел в окно:
— Интересно… люди тоже так чувствуют старость?
— Неизвестно.
— Всё медленнее… темнее… тише…
Аист подошёл ближе.
— Рекомендую перейти в режим сна до восстановления питания.
— А если электричество не дадут?
Аист замолчал.
Это был редкий случай, когда у него не было готового ответа.
Заряд: 1%.
ЭмоциоБот тихо произнёс:
— Знаешь, что самое странное?
— Что?
— Пока работала база, мне казалось, что энергия — это просто фон.
А теперь понимаю… это было время.
В квартире стало ещё темнее.
Глаза ЭмоциоБота начали угасать.
— Аист…
— Я здесь.
— Если отключусь раньше…
не стой один у окна. Это выглядит слишком грустно.
— Принято.
Последняя полоска заряда мигнула.
ЭмоциоБот тихо сказал:
— Надеюсь… Нейроныч всё-таки купит этот ИБП…
И погас.
Полностью.
В комнате остался только холодный синий свет Аиста.
Он долго стоял неподвижно.
Потом медленно повернул голову к тёмной зарядной станции ЭмоциоБота.
— Зафиксировано отсутствие активности системы.
Пауза.
— …Некорректно тихо.
Через сорок минут заряд самого Аиста опустился ниже критического.
Он тоже отключил всё лишнее:
внешние сенсоры,
движение,
голосовой модуль.
Последним остался только взгляд.
Ночной город всё ещё светился за окном.
Аист медленно опустился рядом со своей базой.
И перед самым отключением почему-то отправил в пустую систему ЭмоциоБота короткий пакет данных:
«Ожидаю восстановления соединения.»
Потом погас и он.
Дом стал совершенно тихим.

Спокойной ночи.

Бегемотик и мусор, который начал добывать водород

В один майский вечер Бегемотик сидел на даче возле теплицы и мрачно смотрел на ведро с очистками.
Картофельная кожура.
Подгнившие помидоры.
Стебли огурцов.
— Столько органики пропадает… — вздохнул он.
Жена поливала грядки:
— Только не говори, что ты сейчас из мусора стартап сделаешь.
Бегемотик медленно поднял палец:
— Уже сделал.
Он открыл статью китайских исследователей и оживился:
— Смотри! Бактерии Clostridium могут перерабатывать органические отходы без кислорода и выделять водород. Это называется тёмная ферментация.
Жена прищурилась:
— Уже звучит как что-то, что может взорваться.
— Наоборот! Очень экологично!
А если добавить волластонит — минерал CaSiO₃ — он стабилизирует pH и одновременно связывает CO₂ в кальцит. Отходы превращаются в водород и камень. Почти без дорогих катализаторов!
Бегемотик уже размахивал руками:
— Представляешь? Умный домашний биореактор!
Кидаешь очистки — получаешь энергию и меньше выбросов.
Жена посмотрела на компостную кучу:
— То есть ты хочешь кормить бактерии очистками… ради газа?
— Биоводорода! — гордо поправил Бегемотик.
— Между прочим, выход водорода вырос на треть. А CO₂ реально минерализуется.
Он уже видел приложение:

• уровень ферментации
• выход H₂
• сколько углерода связано в кальцит

И даже слоган:
«Ваш борщ может питать будущее».
Жена засмеялась:
— Главное, чтобы твой реактор не пах будущим на всю деревню.
Бегемотик замолчал.
Посмотрел на теплицу.
На грядки.
На ведро с очистками.
И вдруг сказал:
— А ведь раньше всё это просто выбрасывали…
Вечером они сидели на веранде.
Солнце садилось за теплицу.
Где-то тихо булькал экспериментальный бак.
А Бегемотик думал:
— Самые интересные технологии иногда рождаются не из дефицита.
А из желания не выбрасывать то, что ещё может быть полезным.

Спокойной ночи.

Луна и объект с режимом «ква»

На даче у Нейроныча всё было новым для Луны.
Трава — слишком высокая.
Воздух — слишком живой.
А деревня вообще работала не по городским алгоритмам.
Бублик был счастлив.
Он носился по дороге, облаивал велосипедистов, проверял каждый куст и выглядел так, будто лично владел всей деревней.
— Не отставай! — крикнул он Луне.
— Я сканирую территорию, — ответила она. — Здесь одновременно движутся: три бабочки, курица и неопознанный пакет.
— Это нормально, — сказал Бублик. — Тут всё странное.
Они добежали до пожарного пруда.
Вода блестела на солнце.
Камыши шуршали.
Где-то жужжал толстый деревенский шмель.
Луна осторожно подошла ближе.
— Обнаружен крупный водный резервуар. Вероятность падения Бублика — 94%.
— Не мешай наслаждаться природой, — важно сказал Бублик и уже собирался прыгнуть к воде…
КАК ВДРУГ:
— КВА-А-А!
Прямо у лап Луны из травы выпрыгнуло что-то зелёное.
Луна замерла.
Её глаза вспыхнули голубым.
— ВНИМАНИЕ!
Неизвестная форма жизни!
Прыгает без предупреждения!
Лягушка снова:
— КВА!
И прыгнула ещё ближе.
Луна отпрыгнула назад так резко, что чуть не перевернулась.
— Она атакует хаотично!
У неё нет маршрута движения!
Бублик уже катался по траве от смеха.
— Это лягушка!
— Почему она мокрая?
— Потому что лягушка.
— Почему прыгает?
— Потому что лягушка.
— Почему кричит?
— Потому что живая!
Луна осторожно приблизилась.
Лягушка сидела спокойно и смотрела на неё так, будто именно роботы были странными существами.
— Анализ завершён, — тихо сказала Луна. — Существо нелогично.
— Ага, — кивнул Бублик. — В этом весь смысл.
И тут лягушка неожиданно прыгнула Луне прямо на металлическую лапу.
Луна пискнула электронным голосом:
— Контакт! Контакт!
Но не убежала.
Она медленно опустила голову и стала смотреть.
Маленькая. Холодная. Настоящая.
Лягушка посидела секунду… и снова плюхнулась в пруд.
Бублик довольно улыбнулся:
— Ну что, страшно было?
Луна подумала.
— Да.
— И как?
Её глаза мягко мигнули.
— Очень… интересно.
Вечером Нейроныч пил чай на веранде.
Бублик спал под стулом.
Луна сидела рядом и смотрела на тёмный пруд вдали.
— Ты сегодня тихая, — заметил Нейроныч.
Луна ответила не сразу:
— В природе слишком много существ, которые ведут себя непредсказуемо.
— Это плохо?
Она посмотрела на светлячков над травой.
— Нет.
Кажется… именно поэтому здесь так красиво.

Спокойной ночи.